§ 6. Воля в контексте профессиональных требований музыкальной деятельности

Воля абсолютно необходима в любом виде художественно-творческой деятельности; необходима она для достижения успеха и в профессии учителя музыки, и в творческой практике композитора, исполнителя и т.д. Не будет преувеличением сказать, что воля как особое свойство психики человека входит в качестве специфической составляющей в целостную структуру художественно-творческих способностей. Достижений без волевых усилий не бывает, а без достижений, без реальных свершений нет оснований говорить о наличии у человека соответствующих способностей - музыкальных или каких-то других.

Взять, к примеру, профессию музыканта-исполнителя. Вряд ли надо доказывать, что она требует повседневного, регулярного труда, предполагает каждодневную работу вне зависимости от настроения, самочувствия, стечения обстоятельств и т.д.

Однако профессия музыканта требует не только больших затрат времени, сил, нервной энергии и проч., профессия предполагает в качестве обязательного условия "умную", логичную организацию работы, рациональное использование творческих потенций, устремленность в ходе работы в нужном направлении, т.е. точность ориентировки. "Всякое волевое действие является целенаправленным действием"1. Это, конечно, верно (не считая исключений из области патологии), а потому верно и обратное - всякое целенаправленное действие в основе своей является волевым.

Иными словами, воля определяет и обусловливает не только регулярность творческой работы, ее объемы и масштабы, но и качество этой работы, ее содержательность и продуктивность.

Наконец, важнейшее требование профессии, можно сказать, атрибутивное свойство ее - умение музыканта владеть собой в условиях публичного выступления. Причем выступают "на людях" не только гастролирующие артисты, профессиональные концертанты; "выступают" в известном смысле и учителя музыки, работающие с классами общеобразовательных школ, и музыковеды-лекторы, и преподаватели различных исполнительских дисциплин, проводящие занятия в форме мастер-классов, и др. Внутренняя собранность, концентрация внимания, полная мобилизованность психофизических ресурсов, хорошо отлаженная саморегуляция - все это необходимые психологические условия успешности музыкально-исполнительской деятельности в различных ее ипостасях. Практически везде и во всем здесь необходима воля, дабы музыкант смог продемонстрировать свои возможности, свое Я в любой стрессовой ситуации.

37

Рассмотрим несколько подробнее каждый из указанных выше аспектов.

Как уже говорилось, практически любой вид музыкальной деятельности требует регулярного и систематического "тренажа". Тут крайне нежелательны "паузы" в работе, сколько-нибудь продолжительные перерывы в ней - это влечет за собой, как правило, откат назад, профессиональную дисквалификацию, утрату необходимых умений и навыков. Музыканту, как и любому другому представителю художественно-творческих профессий, нужно почти всегда быть в "форме", находиться под определенной нагрузкой. "Весь секрет в том, - писал П.И. Чайковский, - что я работал ежедневно и аккуратно. В этом отношении я обладаю железной волей, и когда нет особенной охоты к занятиям, то всегда умею заставить себя превозмочь нерасположение и увлечься"1.

"Железная воля", о которой говорил П.И. Чайковский, умение "превозмочь нерасположение" и "заставить себя" делать то, что необходимо на данный момент, - все это особенно важно для представителей музыкально-исполнительских профессий (пианистов, скрипачей, вокалистов и др.), чья работа в силу своей специфики мало чем отличается в этом отношении от работы артистов балета, мастеров циркового искусства и т.д.

Особенности творческой деятельности музыканта предписывают ему по логике вещей определенный образ жизни - строго упорядоченный, регламентированный, всецело подчиняющий себе человека. И.Ф. Стравинский рассказывал, что сочиняет музыку ежедневно, регулярно, наподобие человека со служебным временем - "от" и "до"2. По признанию выдающегося российского виолончелиста Д.Б. Шафрана, ничто, даже праздничные дни, не дает права музыканту на отступление от его графика работы. Поблажки, по мнению Шафрана, тут если и могут быть, то самые незначительные.

Сделавшись привычным, подобный образ жизни с его строгим распорядком и четкой организацией труда требует, естественно, несколько меньших волевых усилий; привычка - первая опора и помощница воли. Но это лишь тогда, когда привычка сформировалась, когда выработались определенные жизненные стереотипы и автоматизмы. А до этого музыканту приходится нелегко, особенно начинающему. Не случайно так много конфликтов возникает в ходе музыкальных занятий именно с детьми и подростками. Однако только в таких условиях и складывается, кристаллизуется воля человека, формируются профессионально значимые качества личности.

38

Рассмотрим далее некоторые специфические стороны деятельности музыканта-исполнителя - к вопросу о воле они имеют непосредственное отношение.

Известно, что смысл того, что делается человеком, исполняющим музыкальное произведение, заключается в том, чтобы перевести в реальный звуковой план ("озвучить") те музыкальные образы и представления, которые "живут" в его сознании, требуя своего воплощения. Задача в том, чтобы "материализовать" эти образы с помощью фортепиано, скрипки, человеческого голоса, коллектива музыкантов, подчиняющихся дирижеру, и т.д.

Разумеется, достигнуть полного, "стопроцентного" слияния идеального образа (живущего во внутреннеслуховой сфере музыканта) и материального воплощения его бывает практически невозможно. Замысел всегда богаче и интереснее его конкретной звуковой реализации; "ножницы" между первым и вторым постоянно существуют - об этом не раз приходилось слышать даже от самых крупных мастеров музыкально-исполнительского искусства. Но в то же время сократить просвет в этих "ножницах" до минимума, приблизиться к воображаемому идеалу на самую короткую дистанцию в принципе возможно. Это, собственно, и составляет вектор профессиональной деятельности музыканта-исполнителя или обучающегося в соответствующем (исполнительском) классе музыкального учебного заведения.

И здесь решающую роль играют характерологические, волевые качества музыканта. Чем сильнее выражено в его деятельности императивно-утвердительное начало ("хочу сыграть так-то и только так..." или, по Узнадзе, "я этого действительно хочу"), - тем лучше результат. "В исполнении прежде всего нужна воля, - полагал В.В. Софроницкий. - Воля - это многого хотеть, хотеть большего, чем даешь сейчас, чем можешь дать. Для меня вся работа - это работа над закалкой воли"1. Г. Гинзбург к этому добавлял: "Людей, хорошо чувствующих музыку, много; немало также людей, способных создать интересный, яркий исполнительский план данного произведения. Но одно дело - создать такой план, другое - воплотить его в реальном звучании... Между тем какой прок от самого талантливого плана, если у артиста не хватает необходимой для его реализации исполнительской воли?"2

В психологии давно уже утвердилось положение, согласно которому воля проявляется в действии, мотивируемом умозрительной, т.е. живущей в сознании индивида, воображаемой ситуацией. "Воображение, мышление, - полагает Д.Н. Узнадзе, - являются

39

ведь своего рода творчеством, своего рода психической деятельностью, в которой действительность отражена не пассивно, а активно. В случае воли субъект обращается к этим активным процессам - воображению и мышлению, с их помощью создает ситуацию своего возможного поведения, строит идейную (т.е. воображаемую. - Г.Ц.) ситуацию, которая вызывает в нем определенную установку. И вот эта установка и становится основой процесса волевого поведения"1.

Иными словами, волю человека могут стимулировать не только жизненные реалии, но и те воображаемые, умозрительные, нарисованные фантазией ситуации, создание которых вполне во власти человека. Совершенно очевидно, что к занятиям художественно-творческой деятельностью сказанное выше имеет достаточно близкое отношение.

Коснемся еще нескольких важных моментов в рамках рассматриваемой темы.

Сам процесс работы музыканта-исполнителя - если этот процесс рационально организован - представляет собой не механичное повторение разучиваемого материала (какого-либо эпизода, пассажа и т.д.), а упорную, методичную шлифовку его, постепенное и неукоснительное улучшение качества игры, преодоление многочисленных трудностей (художественных, технических), возникающих по ходу работы. Понятно, что все это мобилизует, актуализирует волю музыканта и, что принципиально важно, создает вполне благоприятные условия для ее развития. "Трудное - это проблема, которая может быть решена сразу или почти сразу. Невозможное - то, что потребует от человека несколько больших затрат времени". Этот известный афоризм Дж. Сантаяна, несмотря на некоторую его гиперболичность, мог бы послужить своего рода эпиграфом к практической деятельности многих видных музыкантов.

Еще более очевидна роль волевого фактора в процессе публичного выступления музыканта. Выше уже говорилось, что выступать перед аудиторией (школьной, студенческой, филармонической и др.) приходится и музыкантам-исполнителям, и учителям, и лекторам-музыковедам, и преподавателям историко-теоретических дисциплин, ведущим групповые занятия, и другим их коллегам. Известно, сколь важна в этой ситуации психологическая стабильность, уверенность в себе, в своих силах. Но именно это и становится серьезной психологической проблемой, когда человек оказывается в центре внимания других людей, зная, что все нюансы и детали его поведения, его действий отчетливо просматриваются со стороны, придирчиво оцениваются присутствующими.

40

Скованность, мышечная зажатость, замедленность и неточность реакций, неуверенность в своих силах - таков распространенный синдром, характеризующий внутреннее состояние человека, которому приходится выступать перед зрителями, слушателями и т.д. Ответственные ситуации обостряют, усиливают болезненность этих состояний вдвойне.

А ведь случаются выступления, что называется, судьбоносные для музыканта. Приемные экзамены в престижное учебное заведение; участие в серьезном музыкально-исполнительском конкурсе или представительном музыковедческом симпозиуме (публичном диспуте, защите диссертации) - примеры подобных ситуаций нетрудно умножить. И любая неудача, любое поражение могут иметь тут самые негативные последствия для человека.

Чтобы не спасовать в этих условиях, не растерять лучших своих качеств, нужны отменные волевые данные. Требуется и всесторонняя, тщательная подготовка, и отлаженная система профессиональных умений и навыков, и определенный опыт соответствующей деятельности, и проч. И тем не менее на одном из первых мест по своей значимости стоят волевые качества личности. При прочих равных условиях они решают все.

"Беспокойство и страх, охватывающие многих музыкантов, - высказывался по этому поводу Г. Гинзбург, - порождают нередко торопливость, "скомканность" не только трудного пассажа, но и совершенно простых эпизодов, расположенных непосредственно перед ним... Как бороться с подобными отрицательными явлениями, какая сила может преодолеть, освободить исполнение от ненужной, губительной суеты, удержать его в задуманных границах? Только хорошо воспитанная, натренированная, строго организованная исполнительская воля"1.

При отсутствии такой воли, полагал Г. Гинзбург, занятия музыкально-исполнительской деятельностью становятся практически бесперспективными.

Такой подход в несколько меньшей степени правомерен и применительно к педагогике, к некоторым другим видам музыкальной деятельности.

Следует учитывать, впрочем, что экстремальные ситуации, в которых подчас оказывается человек в силу специфики своей профессии, не только выдвигают требования к его воле, но и активно формируют, "упражняют" ее. Эта мысль сквозит в постулатах многих видных психологов - Б.М. Теплова, С.Л.Рубинштейна и др. Способности человека, его индивидуальные качества и свойства интенсивно развиваются в русле такой деятельности, которая со всей необходимостью требует именно этих способностей, качеств и

41

свойств, - положения такого рода не раз выдвигались ведущими представителями российской и мировой психологической науки.

К воле как психологическому феномену сказанное имеет прямое отношение. Возьмем, к примеру, публичное выступление музыканта (перед экзаменационной или конкурсной комиссией, на концертной сцене, в присутствии многочисленной школьной аудитории и т.д.). Его психофизиологические "механизмы" в этой ситуации функционируют в режиме максимума. Естественно, что прикладывая самые большие волевые усилия для достижения успеха, человек одновременно закаляет свою волю, тренирует ее, стимулирует развитие систем саморегуляции в единстве их энергетических и содержательно-смысловых компонентов.

Важно при этом, что ситуации такого рода, многократно повторяясь в ходе профессиональной музыкальной деятельности, создают условия, при которых эпизодические, рефлекторные проявления воли человека начинают обретать статус индивидуально-личностных качеств и свойств, складываясь в достаточно устойчивые и прочные психические образования. Воля - как черта характера, как особая психологическая субстанция - начинает играть все более заметную роль в иерархии свойств личности, внедряясь в глубинные фундаментальные слои ее структуры.

Однако нельзя не отметить и того обстоятельства, что далеко не все музыканты, включая и молодых, выдерживают волевые нагрузки, сопряженные с их работой. Некоторые бывают вынуждены прийти к выводу, что профессиональная музыкальная деятельность, связанная со стрессовыми ситуациями, с высоким уровнем творческой активности, с нервно-психическими перегрузками, не соответствует их природным возможностям, их профессионально-личностному потенциалу. В таких случаях целесообразно бывает менять профессиональные ориентиры, выбирать, и по возможности раньше, иные виды деятельности, в большей мере отвечающие субъективным психофизиологическим данным человека.

Принято считать, что музыкант - как индивид, как человек с определенным складом характера - продолжает себя в своей творческой практике, самовыявляется в ней. Его психофизиологическая конституция, в частности волевые качества и свойства, накладывают ясно видимый отпечаток (своего рода "дактилоскопический узор") на "продукты" его деятельности, какими бы они ни были по своему содержанию и видовой принадлежности.

В принципе, это правильный подход к делу, о чем будет еще сказано в дальнейшем.

В то же время нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что одни и те же люди по-разному выглядят в различных жизненных ситуациях; их "волевой индекс" может меняться, и весьма

42

существенно. Так, Л.И. Божович полагала, что не существует однозначного ответа на вопрос - обладает ли данный конкретный человек волей или не обладает: в одном жизненном "контексте" (в семье, с близкими) он может выглядеть по-иному, нежели в другом (на службе, в производственном процессе и т.д.). Это происходит потому, писала Божович, что каждая жизненная ситуация предъявляет человеку свои специфические требования, актуализирует различные свойства, функции и психологические параметры его характера.

Итак, воля подобно восприятию, мышлению, эмоциям, воображению и пр. - величина переменная, зависящая от обстоятельств, от условий, в которых пребывает и действует человек.

В то же время волю не случайно называют "хребтом характера". Она может быть гибкой, менять свою внешнюю "конфигурацию", в том числе и степень упругости, твердости, но в любом случае она остается одной из базовых психологических характеристик человека, определяя его персонально значимые, индивидуальные особенности (свойства, черты) как субъекта жизнедеятельности.

43


1 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. - М., 1989. - С. 182.
1 Чайковский П.И. Переписка с Н.Ф. фон Мекк. - М.; Л., 1935. - Т. 2. - С. 66.
2 См.: Стравинский И.Ф. Диалоги. - Л., 1971. - С. 110.
1 Софроницкий В.В. О своей работе // Пианисты рассказывают. - М., 1979. - С.106.
2 Гинзбург Г.Р. Заметки о мастерстве // Вопросы фортепианного исполнительства. - М., 1968. - Вып. 2. - С. 67-68.
1 Узнадзе Д.Н. Мотивация - период, предшествующий волевому акту // Психология личности. - М., 1982. - С. 82-83.
1 Гинзбург Г.Р. Заметки о мастерстве // Вопросы фортепианного исполнительства. - М., 1968. - Вып. 2. - С. 68.
Rambler's Top100
Lib4all.Ru © 2010.