§ 10. Интонационно-мелодический слух и его роль в углублении музыкального восприятия

Понимание происхождения первичной ячейки музыки - интонации (точнее, протоинтонации), уяснение ее генетических истоков и базовых характеристик - все это вводит в сферу более сложных категорий и понятий современного музыкознания и музыкальной педагогики. Укажем в этой связи на принципиально важное понятие - интонационно-мелодический слух.

110

Суть и смысл этого понятия очевидны. Напомним все же, что под мелодией понимается обычно определенным образом организованная последовательность звуков, проходящая в одном голосе и выражающая музыкальную мысль. "Мелодия представляет собой целостное явление, единство различных сторон. Для мелодии как музыкальной мысли имеют важное значение и музыкально-высотные соотношения, и ритм, и динамика, и тембр, и самый способ исполнения (например, легато или стаккато), а нередко также и подразумеваемые мелодией гармонические соотношения"1.

Следовательно, интонационно-мелодический слух - это способность человека воспринимать музыку не как ряд хаотично и бессвязно чередующихся звуков (музыкальный вариант "броуновского движения"), а как внутренне организованную последовательность логично связанных, спаянных друг с другом интонаций, объединенных в некую целостность, воссоздающих в совокупности своей тот или иной художественный образ, "передающих известное настроение и являющихся выражением известного содержания в определенной форме"2. Короче, можно сказать, что мелодический слух проявляется в восприятии мелодии именно как музыкальной мелодии, а не как ряда следующих друг за другом звуков.

Интонационно-мелодический слух формируется во многом самопроизвольно и стихийно в различных видах музыкальной деятельности, начиная с простейшей - слушания музыки. Если говорить о музыкально-воспитательной работе в общеобразовательной школе, то практически все виды и направления этой работы, о которых упоминалось выше: и музыкальные игры, и участие в хорах и вокальных ансамблях, и "собственноручное" освоение элементарного музыкального инструментария, и разного рода музыкальные импровизации, - все это в той или иной степени формирует интонационно-мелодический слух, тем самым развивает способность восприятия музыкальных явлений.

Иные, более сложные задачи стоят перед преподавателями специальных музыкальных учебных заведений, имеющих дело с будущими профессионалами. Спонтанного и самопроизвольного формирования интонационно-мелодического слуха здесь может оказаться недостаточно. Сама профессиональная музыкальная деятельность требует обычно не просто сформированного интонационно-мелодического слуха, она требует высокоразвитого, тонкого, чуткого слуха; этот фактор имеет прямое отношение, как говорилось, к проблеме музыкального восприятия. Сказанное может быть отнесено к представителям самых различных профессиональных "цехов" и специализаций, но в первую очередь - к музыкантам-

111

исполнителям (пианистам, скрипачам, баянистам, дирижерам и др.). Ибо они не только воспринимают и ассимилируют в себе музыку, они ее исполняют, и от их способности проникнуть в тайники музыкальной выразительности непосредственно зависит полнота и глубина музыкального восприятия слушателя.

Кристаллизация и профессиональное утончение интонационно-мелодического слуха (трактуемого в указанном выше аспекте) осуществляется в обучении музыке - конкретно, в обучении музыкальному исполнительству - и непосредственно связано с работой над музыкальной интонацией ("мелодическим словом", как ее иногда называют). "...Интонация - первостепенной важности фактор: осмысление звучания, а не простое отклонение от нормы (чистая или нечистая подача звука). Без интонирования и вне интонирования музыки нет"1.

Опыт передовой музыкальной педагогики свидетельствует о том, что интонационно-мелодический слух интенсивно формируется в процессе эмоционального постижения-переживания "горизонтальной частицы" музыки - интонации, проникновения в ее экспрессивно-психологическую суть и адекватного воспроизведения (голосом, на инструменте) "услышанного" в данной интонации. Можно сказать, что если отправной точкой мышления человека служит осознание слов-понятий, то интонационно-мелодическое "звуковое мышление" берет свое начало от осознания интонации. Отсюда: чем глубже и содержательнее интонационно-смысловые "проникновения" музыканта (и сопутствующие им исполнительские действия), тем гибче и совершеннее оказывается его мелодический слух, тем выше профессиональные и художественные качества последнего, точнее - музыкальное восприятие, и наоборот. Потому-то музыкально-исполнительские профессии, в которых художественному интонированию принадлежит одна из центральных ролей, создают особо благоприятные предпосылки для формирования и развития интонационно-мелодического слуха.

Конкретизируя проблему интонирования применительно к музыкально-исполнительскому искусству, нельзя обойти молчанием имя К.Н. Игумнова, выдающегося мастера одухотворенного "сказа" музыкальных интонаций: "Константин Николаевич... главным средством музыкального выражения считал интонацию. Именно на интонацию как ядро музыкального образа, как средство выявления психологического характера музыкальной речи и было направлено его внимание. Он прямо говорил, что "основным при изучении музыкального произведения считает интонацию", что от "умения передать интонационный смысл произведений во многом зависит содержательность исполнения""2.

112

Если говорить о "генетических" истоках формирования интонационно-мелодического слуха в ходе исполнения музыки, то они восходят непосредственно к "произнесению" интервала. Каждая мелодия, как известно, представляет собой цепочку органично спаянных друг с другом интервалов - этих "наименьших интонационных комплексов" (Б.В. Асафьев), взаимоотношения внутри которых, будучи достаточно сложными при исполнении музыки, отнюдь не укладываются в рамки простого сопоставления двух разных по высоте звуков.

Мелодический интервал в процессе развертывания музыкального движения - это всегда та или иная степень напряжения, возникающая при преодолении некоего звукорасстояния. Экспрессивное исполнительское "произнесение" интервала, ощущение его упругости, сопротивляемости, психологической "весомости" - необходимое условие эмоционально содержательного мелодического высказывания. И если общие перспективы развития профессионального слуха тесно связаны с проблемой интонации, с расшифровкой ее образно-поэтической сущности и воссозданием в адекватном исполнительском действии, то слуховое освоение интонации неизменно начинается с проникновения в выразительный смысл интервала. С.И. Савшинский был абсолютно прав, когда утверждал, что мелодический рисунок и его интервалика должны быть "пережиты" музыкантом-исполнителем. Если исполнитель с одинаковой легкостью "шагает" в мелодии на близкий или далекий интервал, если он равнодушен к тому, будет ли это консонирующий или диссонирующий интервал, остается ли он в пределах лада или же выводит за его пределы, то это означает, что такой исполнитель не слышит выразительности мелодии, не воспринимает ее подлинной сути. И конечно, такой исполнитель не сможет выразительно ее интонировать1.

Итак, осмысление-воплощение "продольных" интонационно-интервальных ячеек - музыкальных "слов" - составляет один аспект проблемы воспитания интонационно-мелодического слуха. Другой сводится к качественно своеобразному восприятию и воспроизведению (восприятие первично, обратим на это особое внимание) мелодического целого - более или менее протяженных по горизонтали звуковых последований, структурно завершенных, пронизанных логикой постепенно раскрывающейся тематической идеи и представляющих собой нечто принципиально иное, нежели механическая сумма интонационно-интервальных звеньев. Способность проникать слухом далеко вперед по горизонтали, ощущать любой миг в его взаимосвязи с предыдущим и последующим, музыкально мыслить и действовать так, чтобы "малое вбиралось большим, большее - еще более значительным, чтобы

113

частные задачи подчинялись центральным" (Л.А. Баренбойм), имеет самое непосредственное отношение к функциональным проявлениям интонационно-мелодического слуха. По существу, уровень развития последнего и определяет уровень развития способности воспринимать-переживать музыку. И наоборот. "Продольное слышание музыки" - качество, жизненно необходимое в музыкально-исполнительском искусстве, а потому оно и не может не развиваться, не совершенствоваться в условиях квалифицированно поставленного обучения. Одновременно развивается, поднимается на более высокий уровень и способность музыкального восприятия. Для того чтобы игра музыканта по-настоящему впечатляла, учил К.Н. Игумнов, необходимо уметь горизонтально мыслить, необходимо каждую интонацию рассматривать не в отдельности, как самодовлеющую, не смаковать ее, а иметь в виду ее функциональное значение, рассматривая ее в общей связи, и, исходя из этого, придавать ей тот или иной характер.

Ранее говорилось, что интонационно-мелодический слух самопроизвольно организуется и совершенствуется в процессе работы учащегося над музыкальным материалом, в частности, при "вокализации" им инструментальных мелодических линий. Нельзя не заметить в этой связи, что исполнительские тенденции, проявляющиеся, по словам Б.В. Асафьева, во "внедрении бельканто в инструментализм", в "поисках в музыкальных инструментах выразительности и эмоционального тепла, свойственных человеческому голосу", характерны для ряда национальных музыкально-исполнительских школ, но, пожалуй, в первую очередь для русской школы. Певческое начало, "очеловечение" инструментального мелоса - одна из ярких национальных примет русской музыкальной литературы (М. Глинка, П.Чайковский, С. Рахманинов, Н. Метнер и др.), русского музыкально-исполнительского искусства (братья А. и Н. Рубинштейны, С. Рахманинов, К. Игумнов, Л. Оборин, Д. Ойстрах и др.). Думается, есть все основания утверждать, что воспитание учащегося-музыканта в русле этой художественно-исполнительской стилистики, в духе традиций отечественной музыкально-исполнительской культуры по существу представляет собой наиболее прямой и надежный путь при выработке интонационно-мелодического слуха в процессе обучения.

Резюмируя сказанное, следует специально подчеркнуть, что совершенствование интонационно-мелодического слуха, возведение его в новое качество обусловливается в конечном счете общей активизацией музыкально-слуховой деятельности учащегося, степенью ее напряженности, динамизма и инициативности при занятиях музыкой. Слуху пассивному, инертному не дано ни выразительно интонировать отдельные мотивные "слоги", ни "созерцать" единые и цельные, уходящие в дали звуковых пространств

114

мелодические потоки, ни тем самым воспринимать звуковые идеи во всей их полноте и творческой значительности.

Такое восприятие зависит не только от слуховой активности человека, будь то исполнитель или слушатель. Многое определяется здесь способностью ассоциировать музыку с теми или иными явлениями окружающего мира, образами, настроениями и т.д. - всем тем, что оставило след в сознании или подсознании человека.

115


1 Мазель Л.А. Строение музыкальных произведений. - М., 1979. - С. 64.
2 Теплое Б.М. Психология музыкальных способностей // Проблемы индивидуальных различий. - М., 1961. - С. 115.
1 Асафьев Б.В. Музыкальная форма как процесс. - Л., 1971. - С. 198.
2 Милыитейн Я.И. Исполнительские и педагогические принципы К.Н.Игумнова // Мастера советской пианистической школы. - М., 1954. - С. 56.
1 См.: Савшинский С.И. Пианист и его работа. - Л., 1961. - С. 74 - 75.
Rambler's Top100
Lib4all.Ru © 2010.