1.1. ВООБРАЖЕНИЕ В КОНТЕКСТЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДУХА

Путь к цели исследования важнее самой цели.

Э. Чаргафф (р. 1905),
американский биохимик

Желание преднамеренного и планомерного влияния на духовное развитие подрастающего поколения с очевидностью предполагает знание природы человеческого духа. При этом имеется в виду не столько готовый интеллект взрослого человека, сколько пути его становления, степени восхождения от психики младенца к интеллекту взрослого человека. Но если нам до сих пор многое не ясно относительно структуры и механизмов осуществления готового интеллекта, то вопрос об этапах и фазах его становления можно без преувеличения отнести к числу труднейших и наименее изученных. Мы имеем в виду не житейски-практическое управление интеллектом, а его теоретическое осмысление. Парадокс состоит в том, что интеллектуальная деятельность является неотъемлемой стороной всей жизни и каждого отдельного действия человека, мы знаем о ее существовании, постоянно пользуемся и управляем ею на практике, она в нас и при нас постоянно, но в то же время именно наша духовная деятельность изучена меньше всего.

Еще больший контраст между повседневным опытом и научным знанием являет собой онтогенез человеческого духа: с одной стороны, на глазах многих поколений родителей прошло сенсорно-психическое развитие их детей (да и сами взрослые прошли такую школу

29

и знают это по своему опыту), более того, мы умеем житейски, практически управлять этим развитием; но, с другой стороны, научно-теоретическое знание о генезисе человеческого духа является настолько скудным, что по своей практической значимости не идет ни в какое сравнение с житейским опытом. Формирование теоретических представлений, разработка целостной концепции генезиса человеческого духа остается заветной мечтой теоретиков и практиков воспитательной работы.

Здесь и далее понятие человеческого духа употребляется в широком философском смысле, охватывающем его основные компоненты: формы мышления, формы познания, формы сознания. Формы мышления мы трактуем в смысле диалектической и формальной логики, а под формами познания подразумеваем методы и формы обыденного и научного познания. Под формами сознания здесь имеются в виду, во-первых, его собственные исторически различные формы, а именно - социально-психологическая форма, форма наглядно-образного мышления, форма дискурсивного, или логического, мышления; а также, во-вторых, их узкое понимание, сложившееся в марксистской литературе, в смысле политической, правовой, нравственной, эстетической, религиозной форм общественного сознания.

Кроме того, анализ форм мышления и познания как психических явлений позволяет вычленить в них три значащих компонента: отражение (изучаемое философией), отношения и оценки внешних и внутренних явлений (изучаемые аксиологией), эмоции (изучаемые психологией).

Три указанных компонента связаны между собой и дополняют друг друга, поэтому их абсолютное противопоставление неправомерно. Но если все же попытаться оценить

30

информационное и функциональное значение каждого из них, то, несомненно, самым важным следует признать отражение. Любое ощущение и восприятие, любое знание (обыденное или научное) - все это есть отражение человеком внешнего мира. Всякое практическое взаимодействие со средой и ее изменение может целесообразно варьироваться лишь при условии, если мы будем действовать в соответствии со свойствами и законами самой среды, для чего необходимо ее знание, ее отражение. Поскольку явление отражения по своим механизмам и функциям относительно самостоятельно (и учитывая его важность в жизни человека), мы имеем право рассматривать человеческий дух не в полном объеме, а только в одном, в теоретико-отражательном аспекте. Разумеется, в необходимых случаях мы предполагаем эмоциональный и оценочный компоненты психических явлений, но не делаем их предметом отдельного рассмотрения.

Иначе говоря, наш анализ фило- и онтогенеза человеческого духа ведется с позиций философской теории отражения.

Ближайшая задача данного пособия на первый взгляд может показаться простой - развитие сенсорного воображения у учащихся в процессе изучения художественной литературы. Но эта кажущаяся простота возникает на основе механического подхода и имеет лишь тот арифметический смысл, что человеческий дух многогранен и не исчерпывается сенсорным воображением. Но в том-то и дело, что человеческий дух существует и развивается как целостное явление, в котором различные грани связаны между собой и обусловливают друг друга.

Поэтому возникновение и развитие воображения можно корректно рассмотреть лишь в контексте становления человеческого духа в целом.

31

Поэтому сначала необходимо составить себе целостное представление о развитии человеческого духа, выработать целостную концепцию этого процесса, а затем вычленить, извлечь из нее адекватное понимание возникновения и развития воображения. Такая логика рассмотрения определяет структуру данной работы: сначала в ней кратко излагаются ключевые положения общей концепции становления человеческого духа в аспекте теории отражения, а затем рассматриваются механизмы влияния художественной деятельности и художественной литературы на развитие воображения школьников как важного средства развития творческого мышления учащихся и развития их интеллекта вообще.

Итак, в качестве методологической основы исследования сенсорного воображения необходима общая и целостная концепция становления человеческого духа. На каком основании можно построить такую концепцию? Жизненный опыт, хотя он полезен и необходим, не может служить такой основой, поскольку до сих пор опыт духовного развития многих поколений людей мало что дал для построения такой концепции. И это не случайно, так как человеческий дух - это не только сложное, но и во многом неуловимое явление.

В самом деле, отражение внешнего мира в голове человека не есть ни вещество, ни энергия, его нельзя взвесить на аналитических весах и измерить с помощью вольтметра. Именно это обстоятельство затрудняет исследование отражения в рамках специальных наук. Например, нейрофизиология дает важные результаты, с которыми должно считаться теоретическое исследование, но они относятся лишь к физиологической стороне (основе) духовных явлений и не раскрывают формы и содержания самих этих явлений. Хотя физиологические и психические процессы связаны между собой, они во многом не совпадают и не раскрывают друг друга. Важные результаты дает психология, особенно ее экспериментальные разделы, и эти данные

32

также должны учитываться в теоретическом исследовании. Но они по большей части фрагментарны. Кроме того, хотя физиологические и психологические явления лежат в основе духовной деятельности, последняя не сводится к ним полностью.

Духовная деятельность существенно определяется факторами социальной и отображаемой среды. И вообще, явления отражения - это предмет не физиологии и не психологии, а философской теории отражения.

Кроме того, в анализе становления человеческого духа необходим эволюционный подход. Если мысленно допустить на минуту, что какая-то дисциплина дала нам полную модель структуры и функций готового интеллекта, то это был бы все же лишь некоторый итог процесса. Такая модель не раскрыла бы нам этапов и фаз психического развития человека. А для нас сейчас важны именно этапы становления человеческого духа, поскольку отличие интеллекта взрослого человека от психики ребенка не количественное, а качественное. От этого недостатка, казалось бы, свободна возрастная психология, но и она не дает сколько-нибудь фундаментальной картины генеза человеческого духа, и не столько из-за недостаточной полноты исследования вопроса, сколько по причинам принципиального характера.

Во-первых, как уже отмечалось, ведущий, теоретико-отражательный аспект сенсорно-психологической деятельности выходит за рамки предмета психологии. В качестве примера можно указать на то, что так называемая гностическая психология своей трактовкой чувственного познания (ощущения - восприятия - представления) завела философское исследование этого вопроса в тупик. Во-вторых, даже эмпирически установленные факты и обобщения возрастной психологии (верные сами по себе и важные для теоретических исследований)

33

все же не могут претендовать на фундаментальность и ясность объяснения генезиса человеческого духа, поскольку анализ одного только онтогенеза не позволяет установить простых исходных составляющих воображения и их реальной последовательности в развитии человеческого духа, поскольку в онтогенезе они возникают и развиваются иначе, чем в филогенезе.

Что в филогенезе выступает последовательно во времени, то в онтогенезе может выступать одновременно и во взаимосвязях, а связанные явления осложняют друг друга взаимными влияниями. Индивидуальный психогенез - это сложный запутанный процесс; в нем трудно (или даже невозможно) вычленить простые составляющие, например, воображения и четко раскрыть их взаимные влияния, а без этого невозможно ясное понимание индивидуального психогенеза. Более того, многие эволюционные предпосылки в онтогенезе осуществляются отчасти в редуцированном, отчасти в преобразованном виде. Поэтому один только онтогенетический подход, полезный и необходимый сам по себе, в принципе не позволяет найти простые исходные составляющие в виде единиц духовного развития. А без этого невозможно построить удовлетворительную модель духовного генезиса. Не в этом ли кроется причина того парадокса, что хотя мы постоянно являемся свидетелями и участниками духовного развития, мы до сих пор не имеем достаточно ясной концепции этого процесса?

Только в эволюции, когда за большие промежутки времени складывались предпосылки человеческого духа, только там все его составляющие выступали в чистом виде, в своей первозданной простоте и последовательно во времени. Поэтому, чтобы составить себе более глубокое и ясное понимание индивидуального развития, мы должны обратиться к эволюции становления человеческого духа.

34

Rambler's Top100
Lib4all.Ru © 2010.