Тема 28. Западноевропейски философия XIX-XX веков

§ 1. XIX в. - начало XX в.

Классическая философия XVII-XIX вв. твердо верила в силу и целесообразность разума, в мощь индивидуального сознания. Прогресс, совершенствование разума, его очищение должны осуществляться через науку, научное познание, просвещение масс, демократию. Такова триада. Для выполнения этой задачи знание должно быть отчетливым, ясным, доказательным, приведенным к понятийно-логической структуре. Философы периода классики верили в возможность рационального познания общечеловеческих гуманистических идеалов, идеала свободы, принципа достоинства человеческой личности.

Вопросы о личной свободе, правах, страданиях тоже разрабатывались, но в русле всеобщего. Как и во все времена, имели место идеи и школы мистического, агностического и скептического направления. Рационализм господствовал до середины XIX в., а все остальные течения - это ответвления от великого русла реки Знания.

Воля вместо разума. Бессознательное - элемент психики человека, в ней наличествуют иррациональные, бессознательные процессы, инстинкты, волевые акты. Это все формы иррационального. Они тесно связаны с рациональным, с логическими структурами мозга, сознания. Бессознательное - тот колодец, откуда черпаются бочки здравого смысла и ведра логически обоснованных гипотез и теорий.

"Философия жизни". Артур Шопенгауэр (1788-1860) в 1818 г. написал "Мир как воля и представление". Основная идея: мир - это свободная, автономная воля человека. Опираясь вначале на кантовский постулат о примате практического разума, Шопенгауэр выступил против превращения воли в

299

придаток разума. Волевые акты, считал он, во многом определяют направленность ума и результаты разумного познания. Отсюда критика традиционного рационализма. Воля неподконтрольна разуму, она родственна тайным, непознанным силам. Мир сконструирован Шопенгауэром как реализованная воля и представление.

Фридрих Ницше (1844-1900) - автор работ "Человеческое, слишком человеческое", "Веселая наука", "Так говорил Заратустра", "По ту сторону добра и зла" и т.д. Они написаны в афористической, парадоксальной форме. Ницше выступил против христианской морали, призвал к переоценке всех ценностей.

Жизнь у Ницше - это самоутверждение, обладание могуществом, властью, борьба слабых и сильных воль. Он отрицал абсолюты, релятивистски понимал нравственные принципы - что хорошо для слабых, то плохо для сильных. Не признавал прогресса в истории, создал идеал "сверхчеловека".

Анри Бергсон (1859-1941) - интуитивист, представитель "философии жизни". В. Дильтей (1833-1911), Г. Зиммель (1858-1918) и др. также относятся к этому течению.

Согласно Бергсону сущность жизни может быть постигнута с помощью интуиции. Он предлагал обратиться к собственной жизни сознания, которая дана каждому непосредственно. Бергсон подвергал критике безличный разум. Концепция самого Бергсона - внедрять в мир те элементы духовного опыта, которые его всего более интересовали, некое полуинстинктивное сознание, стоящее на грани с "бессознательным духом". Главное в его концепции - создание новой картины мира, которая объясняла эволюцию природы и человека, их единство. Материя, отождествляемая им с прерывностью, пространством, миром твердых тел, оказывает сопротивление жизни. Длительность, жизнь имеет не пространственный, а временной характер. Это "качественное", "живое" время радикально отличается от механическо-физического времени. Интеллект Бергсон характеризует как орудие оперирования с "мертвыми вещами" - материальными, пространственными объектами, противопоставляя его интуиции.

Интеллект и интуиция получают обоснование в его метафизике, т.е. в концепции эволюции органического мира. Жизнь - это некий метафизическо-космический процесс, "жизненный порыв", своего рода могучий поток творческого формирования. При уменьшении напряжения жизнь распадается,

300

превращается в материю, неодушевленную массу вещества. Человек - существо творческое, если через него проходит "жизненный порыв". Способность к творчеству связана с иррациональной интуицией; она - божественный дар, принадлежит избранным (ср. теорию гениальности И. Канта в области искусства). Теории познания с логическим аппаратом у Бергсона нет. Он противопоставлял рассудок и интуицию. Созерцание в "чистой" интуиции должно остаться невыразимым. Учение Анри Бергсона оказало влияние на прагматизм, персонализм, экзистенциализм, философию истории А. Тойнби. Основные работы: "Этюд о непосредственных данных сознания" (1889), "Материя и память" (1896), "Творческая эволюция (1907), "Длительность и относительность. По поводу теории относительности А. Эйнштейна" (1922), "Два источника морали и религии" (1932).

Психоанализ. З. Фрейд (1856-1939) - австрийский психолог, врач-психиатр, не был философом, но его творчество и результаты научных исканий оказали огромное воздействие на интеллектуалов XX в. К этому направлению принадлежат К.Г. Юнг (1875-1961), А. Адлер (1870-1937), неофрейдисты В. Райх (1897-1957), Г. Маркузе (1898-1979), Э. Фромм (1900- 1980) и др.

Психоанализ открыл бессознательное, специально его изучал и широко толковал философски. С помощью сознания человек формирует свое собственное "Я" (эго). Фрейд выделяет в человеческой психике еще две структуры: "Оно" - темное инстинктивное начало, воздействующее на "Я"; "Сверх-Я" - третья структура - воздействует на человеческое "Я" со стороны социальных, этических установок. Исследуя психические отклонения, гипнотические состояния, сон, сновидения, Фрейд пришел к выводу о доминирующей роли бессознательного в мотивации человеческого поведения, которое направляется подавляемыми влечениями, в первую очередь - сексуальными ("либидо"). С помощью метода "свободных ассоциаций", позволяющего обнаружить неосознаваемые средства психологической защиты ("вытеснения", "сублимации"), сделал ряд попыток структурно представить психику человека (первая и вторая топики). В итоге человек предстал как биосоциальное существо, личность которого состоит из 3 структур. Фрейд, перенося принципы действия психических механизмов на общество в целом, дал своеобразную трактовку генезиса и сущности основных явлений культуры - искусства, морали, религии, мифологии,

301

массовой психологии. Во всем этом, по Фрейду, определяющая роль принадлежит исходным "комплексам" - "комплексу Эдипа" - неосознанной ревности ребенка к родителю противоположного пола, а также "комплексу вины".

Материализм и атеизм учения З. Фрейда оказал воздействие на ряд современных течений философии. Важнейшие труды З. Фрейда: "Толкование сновидений" (1900); "Тотем и табу" (1912); "Лекции по введению в психоанализ" (1916-1917); "Я и Оно" (1923); "Будущее одной иллюзии" (1927) и др. В нашей стране до 1929 г. работал специальный Институт психоанализа, имелась своя школа психоаналитиков, труды 3. Фрейда широко печатались.

К.Г. Юнг, изучая бессознательное, обнаружил сходство между типическими его образованиями (архетипы) и похожими образами, структурами (герои мифов разных народов, эпосы, сказки и героические образы сновидений, других бессознательных процессов). Работал над проблемой "коллективного бессознательного".

Экзистенциализм (от лат. existentia - существование). Предтечей его считают Ф.М. Достоевского. Возник в годы первой мировой войны в России (Н.А. Бердяев, Л.И. Шестов); в Германии сформировался после Первой Мировой войны (М. Хайдеггер, К. Ясперс и др.), позже - во Франции (А. Камю, Ж.П. Сартр, Г. Марсель и др.). Экзистенциализм противоположен сциентистским системам. Экзистенциалисты рассуждают так: человек постоянно находится в страхе, беспокойстве, испытывает ощущение заброшенности, неустроенности, поэтому вынужден философствовать, чтобы сохранить свое наличное бытие. Акцент их теоретических изысканий делается на внутреннем мире человека, который ускользает от науки. Категории экзистенциализма: "человеческое бытие", "экзистенция", "страх", "ничто", "пограничная ситуация". "Ничто" не является объектом мысли, так как это не особая сущность.

Страх, заброшенность в ничто обнаруживают особое настроение человека и его сущностное бытие. Экзистенциализм современности изучает "неподлинное поведение". Это особое состояние поведения человека, который не лжет, не циничен, но до конца не искренен ни по отношению к себе, ни с другими. Это поведение - защита от репрессивного контроля организации, индивид творит преступления без вины. Такое состояние человека не выражается научными категориями, оно может

302

быть пережито. Существование в немецком варианте - Dasein ("тут - бытие") - предполагает наличие человека здесь и теперь, в этом зафиксированном моменте времени. Сиюминутные переживания человека определенного интервала времени - суть задача изучения философии. Экзистенциалисты отмечают враждебность техники личности, говорят об отчуждении личности в этом постиндустриальном обществе. Рецепт - стоическое неучастие в социальных действиях. Но в то же время, в акте самосознания личность может выразить свой протест, бунт. В этом широком неучастии индивида в социальной жизни - секрет широкого гуманистического влияния экзистенциализма, выдвинувшего на первый план этические принципы, самоуважение, верность по отношению к самобытию. Здесь экзистенциализм следует классической философии. Реализуя неизжитые классические черты, анализируя самосознание, экзистенциалист занимает по отношению к людям позицию исповедника, воспитателя, идейного покровителя, духовного наставника. Экзистенциализм не преодолел языка классической философии. Это тип философии - уже не классический по своей восприимчивости, рефлективности, способу интерпретации, но в то же время - традиционный.

Неотомизм: классическое и неоклассическое в содержании. Религиозная мысль и связанная с ней философия принадлежит к догматическому, традиционному типу сознания, ибо они опираются на основания Священных книг тех или иных конфессий. Философы различных вероисповеданий могут оказывать большое влияние на культуру человечества. Католики Августин, Ф. Аквинский, Ш. Мерей, Г. Марсель, Тейяр де Шарден, философ иудаизма Мартин Бубер, протестантские авторы Карл Барт, Пауль Тиллих, Рейнольд Нибур, представители ислама Джемалад-Динал-Афгани, поэт и философ Мухаммед Икбала, писатели и деятели православия, религиозные философы России В.С. Соловьев, Н.А. Бердяев, П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков, С.Л. Франк и др. внесли свой вклад в культуру.

Неотомизм как направление зародился в 70-е гг. XIX в. I Ватиканский собор (1869-1870) объявил философию Фомы Аквинского единственной истиной. Ныне здравствующий глава католической церкви пишет работы по вопросам философии этики. В 40-50-х гг. XX в. католическая церковь осудила экзистенциализм Габриеля Марселя, заставив его не называть свое учение "экзистенциализмом". Католический орден иезуитов преследовал и одного из известнейших ученых и мыслителей

303

XX в. Тейяра де Шардена (1881-1955), пытавшегося модернизировать христианство. Его философия за близость к естествознанию и гуманизму была осуждена церковью, а книги запрещены к использованию в католических учебных заведениях.

Поворот к новому, неортодоксальному - одна из причин выдвижения передовых религиозных мыслителей в число ведущих философов XX в.

Анализ произведений неортодоксальных авторов показывает, что они подобно ортодоксам считают предпосылкой и конечной целью своей философии сохранение понятия Бога, центральных догм и устоев религиозного сознания.

Традиционная ориентация в понимании задач философии рассматривает ее как деятельность, подчиненную богословию. Принцип старый - вера выше разума. Переориентация в этом смысле не есть дело официальных церквей. Неортодоксальные философы отделяют философию от теологии, богословия. Сущность переориентации - выдвижение в центр исследования философии проблем человека, социальных и этических вопросов.

II Ватиканский собор (1965) в документе "Церковь в современном мире" демонстрирует более гибкий подход к проблемам науки, естествознания.

Разум и наука используются для доказательств религиозных постулатов, с одной стороны. С другой - НТР подвергается обстоятельной критике, говорится об издержках прогресса, о негуманистическом использовании достижений науки и техники. Основная идея современных религиозных авторов такова: все беды людей от того, что они забыли Бога. Если ранее проблема человека в антропологических учениях М. Шелера, Ж. Маритена, Г. Марселя, П. Тиллиха, Э. Мунье и других принималась ортодоксами с опаской, то ныне многие идеи этих философов используются внутри религиозной мысли.

Процесс секуляризации на Западе противоречив. Духовная жизнь стран Запада, с одной стороны, освобождается от религиозного и церковного влияния, с другой - наблюдается рост религиозности.

Религия обмирщается, религиозные объекты в глазах верующих теряют свой сакральный (священный) характер, религиозная жизнь сливается с формами социально-духовной практики. Периодически на Западе наблюдаются взлеты массовой религиозности (религиозный бум 50-х гг., волна подъема 70-х гг.), что свидетельствует о глубине религиозных корней.

304

Религиозная философия - новое, модернистское содержание. Появились новые направления: "теология революции", "теология культуры", "теология мира", "теология мертвого бога", "теология бедности", "теология празднеств" и др. Устанавливаются сложные и необычные связи теолога с массовым религиозным сознанием и социальными институтами общества. Интегративную роль теология выполняет путем осмысления религиозной практики, связывая представления о религии с теоретическими воззрениями эпохи. Теология оказывает формирующее воздействие на социально значимый образ религии.

Изменчивый характер религиозности (от традиционного секуляризма до появления "новых культов") является одной из причин ее разноречивых толкований как в светской, так и в религиозно-философской мысли. Он является источником противоречивых тенденций в теологической мысли. Это можно увидеть на примере "секулярной теологии" или "теологии смерти бога".

Идею "секулярной теологии" выдвинул Дитрих Бонхеффер (1906-1945) - немецкий протестантский теолог, автор концепции безрелигиозного христианства. Он считал, что современный человек стал "совершенным" и не нуждается в духовном руководстве. Человек может обойтись без опекунства Бога. Навязывать совершеннолетнему миру Бога, значит, возвращать его в стадию детства. Суть безрелигиозного христианства Бонхеффера состоит в реализации всеми людьми Земли идей Христа, т.е. христианской этики. Эти идеи были сформулированы в письмах, написанных в тюрьме, куда он был заключен за антифашистскую деятельность и где был казнен 9 апреля 1945 г. Письма опубликованы посмертно под названием "Сопротивление и покорность"1.

В 70-е г. XX в. его призыв к безрелигиозному толкованию христианства был подхвачен теологами Гамильтоном, Консом и др., стремящимися реформировать теологию в соответствии с новыми условиями жизни.

Рудольф Бультман (1884-1976) - немецкий протестантский теолог, философ. Творчество характерно наличием двух главных идей: 1) своеобразие христианской веры сегодня и 2) познаваемость Бога.

Бультман считает, что христианское учение в той форме, в какой оно представлено в Библии, не может удовлетворить современного

305

человека. Необходимо провести реформу, демифологизацию христианского учения, выразить его в терминах человеческого существования. В работе "Новый Завет и мифология" (1941) автор пытается реализовать эту идею.

Карл Барт (1886-1968) - швейцарский протестантский теолог, основоположник так называемой "диалектической теологии". Находился под влиянием "либеральной теологии", но размежевался с ее адептами, отвергнув их попытки нацелить христианство на посюсторонний мир, с помощью религии осветить земные порядки. Вера, по Барту, есть божественное чудо и проявляется в форме диалога между Богом и человеком. Вступить в контакт с Богом можно только по его воле. Только сам Бог через Христа может явить себя человеку. Человек в той мере является человеком, в какой он принимает участие в человеческом бытии Иисуса. Поскольку Бог отделен от мира, то человек имеет определенную свободу и должен нести ответственность за те решения, которые он принимает. Так, в политике человек имеет дело не с божественными, а с человеческими делами, и он должен нести ответственность за свои действия, за их социальные последствия1.

Типичным примером религиозно-философских исканий "мертвого бога" является "теология празднества и фантазии" X. Кокса. Толкование Бога и религии, по мнению Кокса, невозможно на уровне философских концепций. Только поиски религии и бога в социальной и духовной деятельности человека позволяют увидеть "живой лик Бога". Суть религии не в молитве, направленной на трансцендентное бытие, ее истина - в создании царства Божьего на Земле.

Утрата современным человеком Бога - это кризис культуры, где работа, успех, прагматическая деятельность подавили эмоциональные жизненные силы человека, наложили рамки на его образное мышление, фантазию. "Встреча с Богом" мыслится Коксом не как мистический акт, а как праздник, экстаз, наслаждение жизнью.

Идеологи "теологии бедности" (Биго, Комблэн, Льомь, Лорен) считают, что бедные составляют цвет и славу христианской церкви. Благодаря бедным не затухает в церкви сила духа, не исчезает вера, наилучшим средством решения проблем бедности является милосердие. Истинное милосердие - это активность, направленная на решение социальных проблем.

306

Идейный и социальный смысл каждого религиозно-философского учения можно понять лишь в контексте конкретного состояния общества, его конфликтов.

§ 2. Логика развития западно-европейской философии послевоенного этапа

Развитие неклассической Философии с 40-х годов XX в. характеризуется двумя особенностями:

  • 1) ослаблением установок только на науку или только на "подлинность" человеческого существования;
  • 2) поиском нового типа рациональности: синтезом научного и ценностного подходов.

Если в условиях первого периода "неклассической философии" шло очищение принципов, образа науки и очищение образа и принципов человеческого существования, то во второй период происходит отказ от опоры на какую-либо одну форму сознания, делается попытка объединить в единое целое различные его формы. Эта тенденция реализуется в постпозитивизме, эволюционировавшем от "науки к философии" и в герменевтике, проделавшей противоположный путь - от "философии к науке".

Главные проблемы послевоенного времени сосредоточиваются в герменевтике и постпозитивизме на: 1) поисках новой рациональности; 2) проблеме языка; 3) исторического сознания. Первый период был исторически связан с кризисом в естествознании на грани XIX и XX вв., с потерей методологических ориентиров и поисками новой методологии ("наука - родина принципов").

Для второго периода западноевропейской философии характерно развитие социально-гуманитарного знания, потребность в методологическом осмыслении этого процесса, который захватил ряд других областей науки. Происходит смена методологических моделей - образцов гуманитарных наук.

Если в начале XX в. методологическим образцом для естествознания служила математизированная физика, то для многих гуманитарных наук таким методологическим образцом оказывается лингвистика. Языковая проблематика, а шире - все проблемы, связанные с существованием знаково-символичес-ких систем культуры, приобретают особую значимость именно во втором периоде. Это становится связующим звеном между постпозитивизмом и герменевтикой.

307

Постпозитивизм представлен Т. Куном, И. Лакатосом, П. Фейерабендом, К. Поппером. Для историко-методологичес-кой модели постпозитивизма характерны следующие черты:

  1. Своеобразная "реабилитация философии", возвращение к метафизике. Признается, что философские (онтологические, метафизические) концепции влияют на конкретно-научное знание путем переформулировки метафизических проблем в проблемы научного метода (К. Поппер), или же эти концепции и утверждения органически входят в конкретно-научное знание (И. Лакатос);
  2. Метод исследования науки нередко выступает как комплексный; предполагается в исследовании науки применять один или совокупность нескольких подходов: историко-научного, методологического, логического и т.д.;
  3. Научное знание рассматривается как целостное образование, оно не разделяется на независимые друг от друга уровни: эмпирический и теоретический; любое утверждение наблюдения (эмпирический факт) признается "теоретически нагруженным";
  4. Теоретическое понимание науки возможно при условии построения динамической структуры научного понимания;
  5. Динамика, развитие научного знания признается всеми постпозитивистами, но для всех современных постпозитивистов характерен отказ от наивного кумулятивизма (постепенного и неуклонного приращения знания); антикумулятивистами являются К. Поппер, Т. Кун, которые считают, что в истории познания нет постепенного приращения знаний, научные теории, как правило, несопоставимы и несоизмеримы, научные революции ведут к смене парадигм научного знания;
  6. Целью изменения научного знания, с точки зрения постпозитивистов, является не достижение объективной истины, а реализация одной или нескольких задач по технологии добывания званий; лучшее понимание изучаемых феноменов, решение большего числа научных проблем, построение более простых и компактных теорий.

Стремление рассматривать в единстве методологические и исторические вопросы составляет еще одну из сильных сторон постпозитивизма. Проблема исторического изменения, осмысление содержательной стороны историко-культурного изменения познания объединяет постпозитивизм и герменевтику.

308

§3. Философская герменевтика: школа и метод

Возникновение герменевтики как особого философского течения относится к последней четверти XX века. Она претендует на универсальность и подчинение себе других существующих школ философии Западной Европы. Это стало "выражением кризиса доверия" к теориям, концепциям, тезисам и лозунгам, проявлением разочарования во всех прежних философских учениях на Западе. В том же духе высказался и крупнейший современный западногерманский герменевтик Ганс Георг Гадамер в своем главном сочинении "Истина и метод. Основные черты философской герменевтики" (1960): "Мы утратили то наивное неведение, с помощью которого традиционные понятия призваны были поддерживать собственное мышление человека".

Сам по себе термин "герменевтика" и соответствующее ему основное понятие возникли в глубокой древности. Как известно, в древнегреческой мифологии Гермес считался изобретателем языка и письменности и вестником воли богов. "Воля" эта подчас выражалась, например, в изречениях оракулов, в очень сжатой, обычно двусмысленной и загадочной форме, она нуждалась в разъяснении, истолковании, нередко грубо аллегорическом. Следовательно, под непосредственно-образным слоем изречения должен быть выявлен внутренний, отличающийся от внешне-предметного смысл. "Герменевтика" и стала означать искусство истолкования, обеспечивающее при помощи различных технических правил, а также интуиции, догадок правильное понимание полученного свыше известия.

Основателем герменевтики Нового времени считают Фридриха Шлейермахера, немецкого богослова и философа, близкого к иенским романтикам. В своей философии, никогда, впрочем, не получившей четкого оформления, он соединял религиозно-идеалистический вариант пантеизма с некоторыми кантианскими идеями, и прежде всего акцентом на самоценность индивидуальной личности. В наши дни на Западе Шлейермахера популяризируют более всего как основателя религиозно-протестантской герменевтики.

Позднее представитель немецкой "философии жизни", ир-рационалист Вильгельм Дильтей постарался вновь привлечь внимание к идеям Шлейермахера. Существенную роль в концепции Дильтея стало играть понятие "понимания" (Verstehen) как "переживание" в смысле схватывания скрытых смыслов человеческого существования в его исторически переломных

309

этапах. Использовав проведенное неокантианцем Г. Риккертом резкое противопоставление наук о духе наукам о природе, Дильтей охарактеризовал историю как совершенно отличный от теоретического мышления и его предметов источник истины: "природу объясняем, а дух понимаем". Познающее овладение историей означает проникновение в глубь самозамкнутых и чуждых друг другу, взаимонепереводимых различных культурных миров прошлых эпох. Проникнуть в эти центрированные в себе и взаимообособленные миры через их опредме-ченные формы, т.е. "понять" их - значит вжиться в них особым актом иррационального, в том числе художественного, постижения. По Дильтею, герменевтическое искусство можно рассматривать и как опровержение историзма, и, наоборот, как его воплощение.

Мысли о герменевтическом искусстве Дильтей излагал и развивал в статье о Шлейермахере (1890), в специальном сочинении о жизни последнего, а также в работе "История молодого Гегеля" (1905). Имя и авторитет Гегеля привлечены были им не случайно: в "Лекциях по философии религии" Гегель писал, например, о том, что "комментарии к Библии не столько знакомят нас с содержанием священного писания, сколько отражают представления своей эпохи... основываясь на священном писании, экзегеты1 доказывали правильность совершенно противоположных мнений, и это так называемое священное писание стало чем-то вроде воскового носа, который можно приклеивать к любому лицу"2.

Дильтей, в отличие от Шлейермахера, приписал герменевтике в одном отношении безличную задачу: она должна раскрыть не внутренний субъективный строй мыслителя (теолога, философа) как личности, носителя определенной концепции, но объективный дух целой культуры, неповторимую структуру внутренних ценностей эпохи. В другом отношении, наоборот, подход Дильтея носил личностный характер, поскольку он полагал, что общение с историей культуры позволяет интерпретатору вернее познать самого себя как личность.

В XX веке герменевтика претерпела еще одно существенное изменение: в экзистенциализме М. Хайдеггера она была превращена в онтологическое философское учение, а вскоре, в соответствии с претензией экзистенциалистов на

310

универсальность их метода, - во всеобщую методологию. "Герменевтика, - заявил Гадамер, - ... есть универсальный аспект философии, а не только методологический базис так называемых гуманитарных наук"1.

Собственно герменевтическим считается второй период творчества Хайдеггера, начиная с его работы "Гельдерлин и сущность поэзии" (1935). Воззрениям раннего Хайдеггера тоже была свойственна герменевтичность: он утверждал, что феномены субъективности открывают себя в действующем языке (речи), обнаруживая в его глубинах бытие потока сознания (Dasein). Однако во второй период своего творчества Хай-деггер сориентировал герменевтику на более глубинную онтологию, на само бытие вообще. Уже вопрос о том, каков смысл слова "бытие" (Sein), согласно Хайдеггеру, герменевтичен, ибо неразрывно слит с вопросом о смысле самого бытия. Посредством герменевтической феноменологии анализ языка должен выявить "фундаментальную онтологию" предъязыкового бытия человека, его "внутреннюю судьбу".

Хайдеггер развил учение о том, что языку присуща как скрытность, так и "открытость" (Unverborgenheit), но ключ к последней хранится в символах языка как объективного прафеномена. Язык как речь есть "обиталище бытия"2, есть само бытие, своего рода якорь спасения в пучинах субъективной экзистенции3, раскрывающей онтологическую подоплеку переживаний и говорящий как бы "через" субъективное в человеке, если научиться его, язык, верно "спрашивать". Язык, согласно Хайдеггеру, несравненно более мудр и могуч, чем пользующиеся им люди, и в лоно его надлежит возвратиться философу.

Так, в мистическо-лингвистической форме Хайдеггер представил факт господства общественного сознания и овеществленных в письменности его форм над всем индивидуальным в жизни человечества. Он противопоставил угадывание смысла лингвистических символов дискурсивному мышлению, интуицию и наитие - логике, язык - разуму и науке.

На герменевтику как на искусство толкования символов уповал и основатель немецкого экзистенциализма Карл Ясперс. Ссылаясь на слова Канта в "Критике способности суждения",

311

что "символическое есть только вид интуитивного"1, Ясперс определил задачу герменевтики как достижение посредством интуиции понимания тех символов, "шифров", которыми сфера трансцендентного "говорит" через тех или иных выдающихся мыслителей. Он различал три основных различных языка (вида шифров) и в том числе язык человеческой коммуникации и спекулятивный язык ("третий язык"), который близок к поэтическому словотворчеству2. Добавим, что к герменевтикам относит себя ныне и так называемый "положительный" немецкий экзистенциалист Отто Больнов.

От идей Ясперса и в особенности Хайдеггера отправляется Ганс-Георг Гадамер, хотя ему несколько претил иррационализм Хайдеггера. Он решил не только оживить экзистенциалистскую герменевтику вновь, но и порвать с противопоставлением герменевтики диалектике, что было свойственно Шлейермахеру. Гадамер решил соединить герменевтику с диалектикой, расширив тем самым влияние первой. "Ничто не могло бы лучше укрепить (untermauern) диалектику, чем хорошая герменевтика", - заметил, со своей стороны, А. Димер3. Однако речь здесь шла, разумеется, не о материалистической диалектике и даже не о диалектике в достаточной полноте ее содержания, но только о применении в интересах герменевтики таких категорий, как "отрицание" и "противоположности" в споре (игре).

Никак не о развитии диалектики заботился Гадамер, развернув в 60-70-х годах XX века активную пропаганду герменевтики. Современные герменевтики, как то: П. Рикер и Ж. Лакан во Франции, К.-О. Апель в ФРГ и другие примыкают непосредственно к феноменологической и структуралистической позиции. Попытавшись в некотором роде соединить Хайдеггера с Гегелем, Гадамер хотел тем самым еще раз попробовать "исправить" слишком явную субъективность экзистенциалистских построений в учении о методе и придать им некоторую "объективность". Гадамер считает, что отчасти Хайдеггеру удалось "передвинуть" проблематику герменевтики с субъективно-психологической на объективно-историческую основу.

Для Гадамера текст превращается как бы в окончательную объективную реальность и в этом смысле становится предметом

312

философии. Текст оказывается объективно самостоятельным в отношении как автора, так и его среды и эпохи, потому что задача герменевтического исследования усматривается теперь не в выявлении мыслившихся в свое время подтекстов, а в выявлении различных возможных (а значит ранее и не предполагавшихся) интерпретаций. Герменевтический смысл окончательно отделяется от смысла, влагавшегося в текст его автором (mens auctoris). Дело герменевтики усматривается уже не в репродукции прежних смыслов, а в производстве, продукции новых. Западные юристы давным-давно научились делать это с буквой закона: понимание "есть всегда применение" заново. Но это значит, что "если в герменевтике Дильтея текст являлся источником сопереживания... то в герменевтике Гадамера текст саморефлективен: познавательная активность читателя обнаруживает посредством текста его же духовный мир". Но это значит также, что "объективность" на поверку оказывается новым вариантом субъективности, а применение герменевтики к философским терминам ведет к широкому плюрализму философских понятий. Ссылаясь на этот плюрализм, французский герменевтик Поль Рикер построил философию истории философии, в которой каждый философ по-своему прав, ибо по существу никто не прав.

Изменение акцентов в трактовке задач герменевтики имеет некоторое действительное обоснование, переосмысленное герменевтиками. Понимание событий прошлого действительно изменяется с ходом времени, их истолкование становится иным, более верным и глубоким. Другое дело, что герменевтик Гадамер, как до него американский "инструменталист" (прагматист) Джордж Мэд, вкладывает в подобные факты субъективистский смысл: у него получается, что каждый новый герменевтик создает совершенно новое содержание истолковываемого им текста, подобно тому, как каждый новый историк якобы творит совершенно заново саму историю, так что объективной, и в этом смысле научной, истории будто бы нет. Факты текста, как и факты истории, рассматриваются при таком подходе как бесконечно пластичный и податливый материал, в котором скрывается неисчерпаемый ресурс самых разных интерпретационных возможностей.

Положение о герменевтической автономии текста носит методологический характер. Но центральным методологическим принципом является герменевтический круг. "Круг" - ее главное методологическое понятие. "Круг не формален по

313

природе, он не субъективен и не объективен, но он описывает понимание как игру между движением традиции и движением интерпретатора"1. Таким образом, одну из задач "круга" Гадамер видит в характеристике с ею помощью тех операций, которые проводит субъект над текстом, лишая его предметно-собственного, лежащего на поверхности смысла. Но к этому значение герменевтического круга на сводится. К тому же он имеет ряд вариантов.

Впервые идея круга в понимании появилась, по-видимому, во "Введении" к "Феноменологии духа" Гегеля. По форме это логический круг, но по содержанию - проблема, выраженная посредством противоречия и разрешаемая через реальное гносеологическое движение. Данный круг заключается в следующем: для того, чтобы успешно познавать, надо уже заранее знать, что такое познание и в чем оно состоит, но знать - это значит уже до этого заниматься познанием. Если "познание" заменить "пониманием", мы оказываемся в сфере герменевтики.

Намечая выход из создавшегося крута, Гегель разъяснял, что "путь к науке сам уже есть наука, и тем самым по своему содержанию - наука об опыте познания, так что теория познания складывается лишь в процессе самой практики познавательной деятельности.

В герменевтическом круге понимания налицо своеобразная диалектика целого и части: слово может быть понято только в контексте фразы, фраза - только в контексте абзаца или страницы, а та - лишь в контексте произведения в целом. Понимание произведения в целом, в свою очередь, невозможно без понимания до этого его частей. Но диалектика части и целого не была осмыслена Шлейермахером как взаимодействие, получающее собственно диалектическое разрешение; все же смысл замкнутого движения по кругу был понят им как постоянная смена направлений этого движения. "Всюду совершенное знание находится в этом мнимом кругу, так как любое особенное может быть понято из общего, частью которого оно является, и наоборот"2. Этот принцип герменевтики Э. Бетти назвал каноном тотальности. Иррационально-мистический характер приобретает данный "канон" у Хайдеггера3 и его

314

последователей, преобразуясь затем в субъективно-объективный круг понимания и объяснения. Сущность последнего состоит в том, что для того чтобы "понять" (verstehen) некоторое понятие (слово), надо его объяснить (erklaren) посредством дискурсивного мышления в суждениях (фразах), но это возможно опять-таки только через "понимание" понятий (терминов, слов). Поэтому Гадамер называет этот вариант круга каноном актуальности понимания.

Герменевтики много говорят и пишут о "пред-понимании" как об особой беспредпосылочной интуиции, о которой мечтал еще Шеллинг. Не имея ничего "до" себя, эта иррациональная интуиция сама играет роль "предпосылки" для всей последующей интерпретирующей деятельности. Герменевтики усиленно подчеркивают "игровой" характер своей деятельности: пресловутый Гадамеров пример с клубком шерсти, который "играет" с кошкой (а не она с ним), стал у них "классическим"...

Главное в новейшей эволюции Гадамера - его сближение с консерватизмом конца 70-х годов. Такие "неоконсерваторы", как Герд Клаус, Кальтенбруннер, Герман Люббе и Эрнст Топич, призывают к сохранению и поддержанию социального status quo. Гадамер вполне солидарен с ними: было бы хорошо обойтись без всякой "критики", достаточно одних только "традиций"...

Среди философских герменевтиков XX века второго поколения выделяется Карл-Отто Апель. Он соединил герменевтику с психоанализом и позитивизмом, в том числе с витген-штейнианской концепцией языка как "игры". В его трудах призывы сделать герменевтику более "объективной".

Важно то, что К.-О. Апель, как и П. Рикер, Ж. Лакан и Ю. Хабермас, обратил усиленное внимание на идеологические аспекты языка. Апель хотел бы создать герменевтическую критику идеологии, и, подобно врачу-психоаналитику, вскрывать в глубинах языка подспудные мотивы социального поведения людей1. Не с живыми людьми, а с текстами должен построить, по мнению Апеля, свой диалог исследователь-историк и социолог, имея целью найти в ходе этого диалога с "текстуальными партнерами" по "коммуникации" средства излечения современного общества.

315

Поскольку речь идет о существующей ныне на Западе философской герменевтике, она с марксизмом не совместима ни по методу, ни по теории. Существует предположение, что одна из главных причин распространения философской герменевтики состоит в поисках средств защиты гуманитарного образования перед натиском сциентизма как стиля мышления современной научно-технической революции. Одна из важных причин увлечения герменевтикой на Западе в том, что современное мышление "перестает видеть мир в его движении и понимать смысл исторического движения"1.

Анализ текстов не приведет и не приблизит к истине, он лишь раскрывает их смыслы. На смену одним интерпретациям приходят другие, только и всего... Релятивизм и мировоззренческий плюрализм - характерные черты герменевтики.

316


1 Хрестоматия по истории философии. Ч. II. М., 1994. С. 270.
1 Хрестоматия по истории философий. Ч. II. М., 1994. С. 253.
1 Экзегеты - значит толкователи.
2 Гегель Г.В. Философия религии. В 2-х т. Т. 1. М.: Мысль, 1975. С. 227.
1 Гадамер Г. Истина и метод. - М., 1989. С. 433.
2 Heidegger M. Platons Lehre von der Wahrheut. Bern, 1947. S. 61.
3 Экзистенция - существование.
1 Кант И. Соч.: В 6-ти т. Т. 5. М.: Мысль, 1966. С. 373.
2 Jaspers К. Philosophi. Bd. Ill Metaphysik. Berlin. - Gottingen - Heidelberg, 1956. S. 134-135.
3 Diemer A. Op. cit. S. 74.
1 Гадамер Г. Истина и метод. М, 1989. С. 269.
2 Schleiermaher Fr. D. E. Werke. Auswahl in vier Banden. Leipzig, 1911, Bd. 4, S. 147, ср. он же Samtlich Werke, I. Abt., Bd VII. Berlin, 1983, S. 33.
3 Heidegger M. Sein und Zeit, Tubingen, 1960, S. 153.
1 Ареl К.-О. Transformation der Philosophie. Bd. 2. Frankfurt am Main, 1976, S. 120-126.
1 Черны И. Проблема анализа текста в марксистско-ленинской истории философии // Философские науки, 1977, № 2. С. 123.
Rambler's Top100
Lib4all.Ru © 2010.